Официальный сайт группы

 

Любовь-500

Над ближайшей полярной шапкой встаёт рассвет —
Чуть бледнее мерцают звёзды на юге днём.
В тихом омуте скован льдами застыл корвет.
Расколоть их — почти безумство. Но мы рискнём.

Мы рискнём и поднимем алые паруса,
И получим клеймо «романтики» — ну и что?
Пусть впервые за много дней прогремит гроза,
И на палубу хлынет первый весенний шторм.

Будут рвать паруса на клочья пятьсот ветров,
Но не ветер, а солнце знает, как нас раздеть.
Хитрым бесом Весёлый Роджер стучит в ребро,
Несмотря на седые волосы в бороде...

На борту полустёрта надпись: «Любовь-500».
Глубоко погружён наш якорь в анабиоз.
Предрассветным туманом жидкий парит азот,
По-весеннему чуть бледнее мерцанье звёзд.

Мы никогда не умрём

Спасём целый мир и получим торжественно орден.
Споём свои песни под звуки послушной струны.
Мы будем свободны от тех, кто от нас так свободен,
А тем, кто нам нужен, мы будем взаимно нужны.
    Мы станем сильны как Антей и мудры как Конфуций,
    У всех будет пища, у каждого будет свой дом.
    И все, кого ждут, обязательно скоро вернутся,
    И самое главное — мы никогда не умрём.

Мы сможем прочесть все рассказы, стихи и романы,
И в каждом найти восхитительный авторский взлёт...
Мы сможем услышать будильник... подумать: «Как рано...
Как холодно в мире... Как дождь непрерывно идёт...»
    Мы сможем начать новый день — это тоже немало.
    Мы сможем не сдаться. Мы сможем начать всё с начала.
    Мы сможем не сдаться. Мы сможем начать всё с начала.

По минному полю

Жизнь прожить — не поле перейти.
Б. Пастернак, «Гамлет»

Мы с детства шагаем по минному полю,
И взрывами нам отрывает детали,
Но мы по привычке не чувствуем боли,
Не помним, кем были, не видим, кем стали.
Когда-то мы верили в Деда Мороза,
Ценили любовь и прощали измены.
Хирург в лазарете под общим наркозом
Отрезал наивность и спас от гангрены.

Сквозь кожу торчат костяные осколки
Желания в будущем стать космонавтом.
Некроз остановлен. Не больно нисколько.
Шагаем в спокойное сытое завтра
И снова цепляем растяжку фугаса,
И больше нам нечем и незачем верить
В волшебное чудо и в добрую сказку,
И это — лишь первые наши потери.

Теряем себя, и теряем друг друга —
От первой обиды до первой могилы.
Шаги тяжелы, а растяжки упруги.
Чему удивляться? Опять расчленило.
Но некогда эти потери оплакать —
Бинты и повязки с обрубков сдирая,
Мы так и шагаем сквозь жёсткие злаки
По минному полю, от края до края.

Она танцевала

Среди карнавала над толпами знати,
Над праздничным торгом, не зная печали,
Она танцевала на тонком канате,
И люди с восторгом ей «браво» кричали.
Но яростным шквалом сменилось затишье,
Ушли менестрели, кино опустело.
Она танцевала на краешке крыши,
А люди смотрели сквозь линзы прицелов.

Укрылись в подвалы остатки бомонда,
Средь тлена и гнили болели за «наших».
Она танцевала на линии фронта —
Её обвинили в двойном шпионаже.
Вращая штурвалом посудины древней
«Летучим Голландцем» таранили скалы.
Она танцевала на скользком форштевне,
Спасительным танцем фарватер искала.

Круги и овалы, штрихи и пунктиры
Укутались пылью на картах сражений.
Она танцевала над выжившим миром,
И белые крылья венчали движенье.
У кромки провала где склоны отвесны
Над тьмою столетней как света посланец
Она танцевала на краешке бездны
Свой самый последний и искренний танец.

13000

В среднем тысяч тринадцать
Дней и ночей на любовь —
После бесполого детства
И до бесплодной старости.
Тысячи две простесняться,
Три — быть занятым только собой,
Пять или шесть на кокетство.
Много ли там осталось-то?

Прожита медиана,
Прожита биссектриса,
А золотое сечение
Прожито даже дважды.
Кажется очень странным,
Если ещё случится
Что-нибудь в заключение
Вроде любовной жажды.

Каждый из дней хорош, как
Только сумел начаться
Может быть даже снова
Кончится хэппиэндом.
Или всплывёт окошко
Где-то в углу сетчатки:
«Ваша любовь готова.
Скачано 100%.»

Деление на ноль

Я была непревзойдённой,
Образцово-показной —
Непорочной, как Мадонна,
Не делила мир на ноль.
    Я достигла совершенства,
    Но увидела с вершин —
    Это всё-таки не жизнь.

Я пыталась быть счастливой,
Восхитительно-плохой
И встречать любви приливы,
Безмятежно и легко.
    Но свобода — тоже маска,
    Лихо сыгранная роль.
    Я хочу делить на ноль!

Кто-то хочет постоянства,
Кто-то ищет перемен.
Алчут власти и богатства,
Тратят жизнь на всякий тлен.
    Я пытаюсь быть собою,
    Это здорово — быть мной!
    Это — как делить на ноль.

Письмо одного непойманного зайца другому

Здравствуй. Давно не видел следов твоих.
Прошлое вспоминается временами.
Свет не сошёлся клином на нас двоих,
Но разбросал нас так, словно вбит меж нами.
Помнишь, как нас преследовала беда?
Тысячи псов искали в траве наш запах.
Мы же бросались в стороны кто куда —
Я на восток, а ты на закат, на запад.

Помнишь, как Пушкин ехал в Санкт-Петербург?
Это не ты ли выскочил на дорогу,
Чтобы отсечь, как режет ножом хирург,
Путь к эшафоту или в Сибирь, к острогу?
Помнишь, как нас однажды схватил орёл –
Хеттского царства символ и герб двуглавый?
Позже российский брат его предпочёл
Нас променять на скипетр и державу.

Ладно. Воспоминаниям не сезон.
Скоро обоих зайцев настигнет осень.
Сколько ни бегай — призрачный горизонт
Нам не догнать, и чёрт с ним, точнее волк с ним.
Наши пути немыслимой кривизны
Больше не помогают ни жить, ни выжить.
Ты уже понял? Мы с тобой не нужны.
Спрос на синиц в руках несравненно выше.

Бродяга

Ходит по свету бродяга насмешливый —
Посох, гитара, сума.
Песни горланит и радует девушек,
Девушки сходят с ума.
Есть в этих песнях любовь бесшабашная,
Радость и счастье для всех,
Есть в них тоска расставания вчерашнего,
След на холодной росе.

Где-то за травами прячутся пропасти,
Крут и внезапен их край.
Ходит бродяга по пыльному глобусу,
Ищет потерянный рай.
Помнит красивые, добрые, умные
Песни о завтрашнем дне...
Ветер играет гитарными струнами,
Солнце — театром теней.

Было бы очень, наверное, здорово
Вечно бродить по земле.
Время рисует по коже узорами,
В росах теряется след.
Ищет бродяга дорогу забытую
К пропасти, скрытой во ржи.
Прячет цикуту свою недопитую,
Ждёт в собутыльники жизнь.

Разрешённый рок-н-ролл

Сладок запретный плод,
Но изменилось кредо.
Можно лезть на рожон —
Миру до фонаря.
Вольны душа и плоть,
Нет никаких запретов,
Даже рок-н-ролл разрешён
И, наверное, зря.

Каждый теперь — король
Пьяных корпоративов.
Можно почти что всё,
Музыка — только фон.
Приторный рок-н-ролл,
Вкус сигарет и пива.
Нас, как мусор, теченьем несёт.
Мир не любит реформ.

Музыка — это жизнь.
Шоу — всего лишь бизнес.
Деньги вершат контроль
В битве людей с людьми.
Чтоб не тонуть во лжи
Мнимого оптимизма
Нужно спеть такой рок-н-ролл,
Что раскачает мир.

Погоди о главном

Сколько мне ещё скитаться по дорогам,
Не писать обратный адрес на конверте?
Для одной короткой жизни слишком много,
Слишком мало для одной короткой смерти.
    Здравствуй. Погоди о главном.
    Дай полюбоваться рук изгибом плавным,
    Глаз сияньем ясным, вышивкой искусной.
    Здравствуй. Погоди о грустном.

То ли море успокоит свои волны,
То ли штиль скуёт навек объятьем крепким.
То ли ветер паруса мои наполнит,
То ли буря разобьет корабль в щепки.
    Здравствуй. Погоди о главном.
    Дай полюбоваться рук изгибом плавным,
    Глаз сияньем ясным, милым и домашним.
    Здравствуй. Погоди о страшном.

Для чего тебе упавшая звезда?
Даже солнце не разгонит этой тьмы.
Жизнь, конечно, не уходит никуда —
Это просто из неё уходим мы.
    Здравствуй. Погоди о главном.
    Дай полюбоваться рук изгибом плавным,
    Глаз сияньем ясным, жизни круговертью.
    Здравствуй. Погоди о смерти.

Здравствуй.

Оригами

Как жаль, что мы, наконец, умрём.
Взметнётся к небу нетопырём
Душа, которая — лишь синдром,
Хвороба бренного тела.
Она пытается оживить
Глаголов несовершенный вид,
И мы вкушаем наркоз любви
И пробуем что-то сделать.

Садить сады, возводить дома,
Детей доучивать до ума
И видеть, как отступает тьма,
И верить, что это важно.
Признать викторию темноты,
Построить внутренний монастырь,
И селезёнки растить цветы,
Для счастья и на продажу.

Как много странного в наших снах —
Свобода, жизнь, красота, весна,
Фазан, который желает знать,
Где каждый охотник спрятан.
Всемирно-кризисный карантин
В стране самих себе буратин,
И выбор жизненного пути,
И ласковый кто-то рядом.

Наступит время прервать игру,
И мы не станем с тобой, мой друг,
Искать за финишем новый круг —
Бессмысленно жить кругами.
Каким бы ни был благим итог,
Найдутся судьи с клеймом: «Не то.»
А мы запишем всё на листок
И сделаем оригами.

Доктор

автор — Дина Булатова

Который день мне не до шуток.
В глазах туман, температура…
Не помогают ни Бах, ни Шуберт,
Нужна серьёзная микстура.
Ну, здравствуй, док! Какой диагноз?
Я буду жить? А что ж так больно?
Скажи мне правду, и я с ней справлюсь!
Мне б только капельницу с любовью!

И внутривенно будет счастье
Вливаться в тело с каждой каплей,
И непременно двери настежь,
Начало нового спектакля.
Входите, док, я вам сыграю
Отрывок в жанре комедийном.
Мой персонаж давно снимают
В одной клинической картине!

Поднялся занавес театра,
Один актёр, одна дорога.
И побежали жизни кадры,
Их, доктор, не судите строго!
Какой типаж, какие роли!
Пришлось примерить много масок.
Откройте окна, хочу на волю,
Которой не видал ни разу!

Деление на ноль

автор нового текста — Зоя Быстрякова

Я хотела быть добрее,
Обучалась исподволь
Свет и радость в мире сеять,
Не деля его на ноль.
    Только мир меня мудрее —
    Чтоб изведать жизни соль,
    Я должна делить на ноль!

Чтобы кровь текла быстрее,
Чтобы кожа, а не воск,
Чтоб не мямлить и не блеять,
А стрелять словами в мозг.
    Не стремясь призвать к ответу,
    Проглотив обиды боль,
    Я должна делить на ноль!

В беглом поиске призванья
Не примнёшь стопой травы.
Без Крещенского купанья
Не намочишь головы.
    В море смыслов может сгинуть
    И фонарщик, и король.
    Я учусь делить на ноль!

Возможность летать во сне

автор — Зоя Быстрякова

Ты разбит, ты устал. Жизни злобный оскал
Видишь в зеркале, в луже и чашки на дне.
Ты старался, менялся — обидно вдвойне,
Перст судьбы обманул, не туда указал.
И сжимается в точку привычный объём
Опостылевший ночью, наскучивший днём.

    Припев:
    Под лежачие камни вода не бежит.
    Умирать перестань и "спасибо" скажи
    За свободу и музыку, море и снег,
    За возможность летать во сне...

Если вместо сияния над головой
Чернокрылой воронкой кружит вороньё.
Зодиаковы знаки наморщили лбы
И сомкнули ряды, наступая свиньёй.
Вихрем буйных атак вьется недругов рать!
По всему, ты мастак краски густо мешать!

    Припев

Невозможно поверить в чужое тепло,
Если смотришь на мир сквозь обиды стекло.
Хитрым бесом покажется ангел во тьме —
Он с улыбкой в глазах, но себе на уме...
Можно долго лелеять тоски красоту,
Только это не сделает ближе мечту.

    Припев

Мелькают дни

автор — Зоя Быстрякова

Мелькают дни, проходят годы.
Ты в панике меняешь галсы
Под беспощадным ветром моды
И понимаешь, что попался.

Ведь не заняв достойной ниши,
По доброй воле став системой
Ты неизбежно превратишься
Из хомо сапиенса в мема.

Мечту отложишь в дальний ящик,
Ведь надо есть, копить на старость.
И к черту пыл вперёд смотрящих!
Им не понять твою усталость.

Ты лишь тайком, из-под портьеры
Вдохнешь свободы настоящей,
А жизни главную премьеру
Начнешь откладывать все чаще.

Где смысл в мечте, а не в карьере,
Где путь к свободе не утрачен,
Где счастья миг и риск потери
В одном ряду, и не иначе.

И в добровольном заточеньи,
Согласно принятым стандартам,
Ты жизни вялое теченье
Провозгласишь достойным стартом.

32 часа

автор — Зоя Быстрякова

У меня тридцать два часа в сутках
И за год по две зимы...
В моем мире с лихвой рассудка,
Могу предлагать взаймы.
И романтики ровно столько,
Сколько можно переварить.
Равновесие очень тонкое,
А иначе здесь не прожить.

Одинаково неоднозначный
Каждый день удивляет вновь
Будь он солнечный или мрачный,
Он лишён временных оков.
Если в мысли придут сомнения,
Сложность выбора - ост иль норд,
Я ровняюсь на вдохновение
И улыбки собачьих морд.

В моём мире Перун и Будда
Неспеша говорят о вечном.
Только я им мешать не буду,
Городя алтари беспечно.
Не хочу показаться ушлой,
Просто, много могу не успеть я,
Сторговаться бы мне с кукушкой,
Накукует, пускай, столетья.

Кто-то может решить, что властен
Прилепить мне ярлык изгоя,
Мне ж подмигивает головастик
Из оранжевого прибоя.
Кто-то может назвать психозом,
Или фарсом средней руки,
Гвоздь в макушке, в душе заноза-
Оставаться собой вопреки...